Жизнь взаймы

01.12.2023 г.

"Вечерняя Уфа", 01 декабря 2023 года

ЖИЗНЬ ВЗАЙМЫ, или Был славный парень и не дурак пропавший пудель Джек...

Природа парадокса уникальна, поразительна. Вообще, иной парадокс сродни тому, что мы называем чудом. Скажем, чудом Новогодней или Рождественской ночи. Тем чудом, которым ежегодно уже по давно сложившейся традиции согревает сердце своему любимому зрителю, восхищает, завораживает, давая надежду на лучшее и внушая людям веру в сказку, Государственный академический русский драматический театр Республики Башкортостан.

Долгое время таким чудом был для публики спектакль незабвенного художественного руководителя ГАРДТ РБ Михаила Рабиновича «Пока она умирала», поставленный по пьесе Надежды Птушкиной и не так давно вновь вернувшийся в репертуар. И его возвращение, столь своевременное, посвященное светлой памяти Михаила Исаковича, тоже было чудом, вновь и вновь собирающим поклонников Русского академического и таланта режиссера Рабиновича под сводами любимого театра…

И вот очередная премьера, которую «русичи» дарят зрителю, ожидающему Нового года, чудесных превращений и надежд на чудо, с которым связан приход самого любимого всеми праздника.

Лирическую комедию «Джек» поставил по пьесе Виктора Ольшанского режиссер Игорь Черкашин, не впервые работающий с уникальной труппой ГАРДТ РБ. И безусловно, некая чуть заметная опытному глазу завсегдатая Русского академического смысловая перекличка со спектаклем «Пока она умирала» в «Джеке» есть. Нет, вы не найдете ее в сюжете новой постановки Игоря Анатольевича и в приемах, каковые взял в этом спектакле на вооружение режиссер. Эта тончайшая, связующая обе постановки нить есть свидетельство скорее мировоззренческого единства. Недаром же Игорь Черкашин по счастливому стечению обстоятельств стал носителем знания и законов той же школы, принципы которой исповедовал Михаил Рабинович – оба они выпускники Высшего театрального училища имени Бориса Щукина, скажу больше – Мастером у обоих был выдающийся театральный педагог и режиссер Александр Михайлович Поламишев. А еще Игорь Анатольевич не раз говорил о том, что считает Михаила Исаковича своим учителем – по все той же мировоззренческой позиции и нравственным принципам, учителем по отношению к жизни, к творчеству, к работе с пьесой, бережному и трепетному восприятию законов бытия и общечеловеческих ценностей.

…Но вернемся к спектаклю «Джек», а точнее – к его первооснове. Виктор Ольшанский написал, казалось бы, невероятно забавную вещицу. Но это только на первый взгляд. Поскольку им создана пьеса чрезвычайно тонкая и исполненная, если хотите, волнения по отношению к судьбе одинокого, патологически доброго, наделенного талантом сострадания человека. И мне она сюжетом своим напоминает святочный рассказ, что роднит ее по своей жанровой природе с упомянутой уже пьесой Надежды Птушкиной. Вот только сюжет «Джека» заключает в себе некий парадокс, связанный, скажем так, с перевертышем антропоморфного характера. Скажете, что я задаю Вам загадки, уважаемый читатель? Соглашусь, не без этого. Но и Вы поймите меня. Для чего же мне изначально раскрывать все карты, лишая Вас возможности самому прикоснуться к чуду?! А святочный рассказ, безусловно, сопряжен с элементами волшебства и нравственного преображения… Придете в Русский академический театр и, все увидев своими глазами, поймете сами!

И все же одну подсказку я Вам подарю. Черный пудель по кличке Джек в этой истории фигурирует. Равно как и фигурирует в ней человек по имени Виктор Михайлович Нащокин, преданность которого людям с не слишком удавшейся судьбой и желание принять на себя чужую боль граничат с верностью пса, безгранично любящего Своего Человека. Виктор Михайлович, подобно интеллигентному слесарю Гоше из знаменитого фильма Владимира Меньшова – грёза большинства российских женщин, мечтающих о крепком плече, о спутнике, который поддержит, протянет руку помощи и решит любую проблему… Недаром же Ольшанский дает своему герою фамилию ближайшего друга Пушкина – Павла Воиновича Нащокина, мецената, порядочнейшего человека, познакомившегося с будущим Первым Пиитом России в Благородном пансионе при Царскосельском лицее. Особо сблизился Павел Воинович с Пушкиным после возвращения того из Михайловской ссылки, и во время своих приездов в Москву Александр Сергеевич, как правило, останавливался у Нащокина, где ему даже была выделена комната…

Мне кажется, автор пьесы наградил своего героя этой фамилией, дабы подчеркнуть благородство Виктора Михайловича, полностью погрузившегося в жизнь доныне неизвестной ему семьи и принявшего на себя проблемы, боли и неурядицы оной…

Виктор Михайлович Нащокин (просто блистательная работа народного артиста Башкортостана Олега Шумилова, весь свет, свойственный его миротворческой натуре, отдавший этой роли!) в какой-то момент с удивительной деликатностью и бережным вниманием согрел девочку-подростка Любу, у которой пропал любимый черный пудель Джек, появившийся в ее жизни в тот момент, когда родители расстались, и верный песик своей горячей преданностью сумел заполнить пустоту, образовавшуюся в сердце юной хозяйки. Так и Виктор Михайлович, в каком-то смысле на время взявший взаймы жизнь пуделя по кличке Джек, смог своим теплом растопить лед в душе подрастающего ребенка (эту роль играет совсем недавно пришедшая в труппу выпускница Казанского театрального училища Анастасия Антонова). А что касается собаки, имя которой дало название пьесе… Думаю, тут стоит обратиться к словам Карлсона, кстати, однажды упоминаемого Ольшанским в пьесе, правда, в контексте иной ситуации: «Малыш, я же лучше собаки…» Так и Виктор Михайлович, который не может заменить героине любимого пуделя, но зато он может занять его нишу в этом не слишком благополучном доме задавленной грузом проблем женщины, переводящей с английского какой-то безумный, сродни бульварному чтиву, роман, герои коего некими фантомами периодически возникают в небольшой квартире Вероники Копыловой (тонкая и умная работа актрисы Татьяны Ахроменко, открывшая ее с иной стороны), живущей в отсутствии любви и в каком-то смысле заполняющей пустоту в сердце латиноамериканскими страстями своих персонажей Грейс и Риккардо, вольготно чувствующих себя в обстановке быта среднестатистической россиянки. Вот только почему-то эти страстные любовники, бурный роман которых поступательно развивается не только в медленно освобождающемся от языка первоисточника сюжете, урывками переводимом на русский замученной валящимися на нее неприятностями Вероникой, поразительно похожи на ее авторитарную, по поводу всего имеющую собственное суждение мать Софью Аркадьевну и бывшего мужа Федора, которого Ника, судя по всему, продолжает любить… Эти люди постоянно живут в мыслях героини, и поэтому именно они, вдруг ставшие в воображении Ники «экзотами», материализуются в пространстве стандартной «двушки» переводчицы Копыловой, начиная совершенно нахально вести себя в зоне реальной жизни.

Роль Софьи Аркадьевны и ее трансформацию по имени Грейс просто виртуозно играет заслуженная артистка России, талантливейшая Татьяна Калачева (в паре с ней работает заслуженная артистка РБ Татьяна Афанасьева, которой предстоит выйти на сцену в декабре); а жгучего красавца с алой розой в зубах – мексиканского миллионера Риккардо, который затем визуализируется в не слишком удачливого бывшего мужа Вероники Федора – актер Антон Костин, очень органично перевоплощающийся из любвеобильного мачо в тоскующего по семье отчаявшегося супруга и отца, который всеми фибрами души ненавидит бывшую тещу.

Есть в этом странном «собрании» человеческих одиночеств еще один персонаж – писатель Андрей Трегубенко, по воле обстоятельств являющийся редактором того издательства, для которого и спешит закончить работу по переводу востребованной россиянками пошлятины Вероника. Роль этого чрезвычайно симпатичного, не слишком уверенного в своих чувствах, скрывающего порывы души за иронией героя играет актер Руслан Катеринчук. Скажу честно, таким трогательным артиста Катеринчука я еще не видела и мне крайне импонирует созданный им образ.

А что же стало с Джеком? Куда в конце концов исчез герой многочисленных отчаянных объявлений со словами «Пропала собака!», расклеенных безутешной девочкой Любой? А Джек и не пропадал вовсе... он постоянно был со своей хозяйкой. Впрочем, я и так уже очень многое рассказала о спектакле, который, и это будет самым верным решением, вам предстоит посмотреть самим.

Важно сказать и то, что одним из главных героев черкашинского спектакля стала потрясающая сценография, изначально дарящая зрителю ощущение неизбежности чуда. В контексте того пленительного мира, который создал заслуженный художник Республики Башкортостан, с 2001-го по 2002 год работавший главным художником ГАРДТ РБ, Вячеслав Виданов, и существуют герои, чьи проблемы, словно по взмаху волшебной палочки, разрешаются в новогоднюю ночь. Напомню, что Вячеслав Иванович вместе с режиссером Михаилом Рабиновичем выпустил множество спектаклей в нашем Русском академическом театре, в числе которых и уже упомянутый «Пока она умирала»…

 ***

Добавлю ко всему сказанному выше только одно. Давным-давно, в 2006 году, на автовокзале в Стерлитамаке Игорь Черкашин, который с 2002 по 2017 год был художественным руководителем и главным режиссером Государственного русского драматического театра Стерлитамака, ожидал свою возвращающуюся с сессии любимую супругу Олесю Васильевну, в том же самом театре второго по величине города Башкирии служившую заведующей литературной частью. Было холодно, Черкашин ждал рейсового автобуса, постепенно замерзая, поскольку мороз был лютый. В какой-то момент к ногам Игоря Анатольевича притулилась бездомная псинка-побирушка, которой режиссер скормил незамысловатую снедь. Благодарная собачонка устроилась рядом с добрым человеком в надежде на добавку, а Черкашин достал блокнот и, пристроив его прямо на коленке, набросал несколько строф – ведь Игорь Анатольевич пишет стихи:

Я кормлю пирожком собаку,

Она жмется к моим ботинкам,

вся пропахшая мусорным баком,

шерстяная такая скотинка…

Вот кусочек берет играючи

и глазами косит умными…

И зачем я мерзну на лавочке?

Просто я о тебе думаю…

А время спустя Черкашин сочинил музыку к своему стихотворению.

И вот спустя семнадцать лет эта песенка уже лейтмотивом сшивает оба действия спектакля «Джек» (аранжировка – Андрей Шишлянников), а в финале звучит голос самого Черкашина, который поет (кстати, по первому образованию он актер), доказывая всем, что театру нужны не только концептуальные, фундаментальные постановки, основанные на русской и зарубежной классике, ему просто необходимы и такие трогательные истории, способные поднять зрителю настроение, вернуть ему веру в чудо и пробудить желание совершать эти самые чудеса своими руками!

Илюзя КАПКАЕВА.

Фото Булата ГАЙНЕТДИНОВА.

 

Размер шрифта: AAA
Цветовая схема: AAA